Вы здесь

Стилистические особенности Униатского храма в Белостоке во II-Й ПОЛОВИНЕ XVIII И в I-й половине XIX вв.

Версия для печати

УДК 726.71 (476) (091)

В статье проведен стилистический анализ чертежей открытого благодаря архивным изысканиям униатского деревянного храма г. Белостока, входящего в состав Гродненской губернии. В результате исследования выявлена предположительная дата возведения, относящаяся ко второй половине XVIII в., имя донатора Я.К. Браницкого, сделан вывод о возможной принадлежности церкви к несохранившемуся храму св. Роха. Кроме того стали известны имена архитекторов Санкт-Петербурга, выполнившие проект перестройки храма в I ой половине XIX в. В статье логически обоснована идея синтеза западноевропейских и восточнославянских традиций в архитектуре униатских храмов, которая наиболее ярко проявилась на территории культурного пограничья.

Введение

Многочисленные исследования польских, украин­ских, российских и белорусских ученых, посвященные наследию деревянного зодчества униатов часто носят дискуссионный характер. Это связано с вопросом разви­тия деревянного зодчества униатских храмов и выявле­нием специфических особенностей в условиях влияния всевозможных строительных школ, конфессий, каменной архитектуры, архитектурного стиля. И наконец, влияние литургического аспекта унии, повлиявшего на синтез вос­точных и западных христианских традиций на архитек­туру униатских храмов. Изучению развития народного зодчества были посвящены труды Р. Брыковского, А. Ба­рановского, Т.Л. Лисенко, В.Т. Завады, А.Н., А.М. Павли- нова, Сергачева С.А., Кулагина, Т.В. Габрусь. Одним из первых в конце XIX - начале XX вв. региональные особен­ности украинского народного зодчества изучал профес­сор университета св. Владимира в Киеве ГГ Павлуцкий. Особенностям деревянного храмового зодчества Беларуси и утрате ремесленной традиции посвящены труды И.Н. Слюньковой. Не обошли своим вниманием деревянную сакральную архитектуру и современные белорусские ис­следователи, которые столкнулись с проблемой несохра­нившихся деревянных объектов. В связи с этим трудно проследить все этапы развития белорусского народного зодчества и их взаимосвязь с другими регионами. Необхо­димость дальнейшего исследования сложного и недоста­точно изученного материала, касающегося деревянного зодчества униатов, существует и сегодня.

Основная часть

Польский город Белосток (Bialystok) на реке Белая, граничащий с западной границей Беларуси и являющий­ся центром Подляского воеводства, известен с первой по­ловины XV в. как двор Рачки Табутовича. Считается, что он был основан Великим князем литовским Гедимином, а годом основания считается 1320 г. До конца XVII в. Бело­сток был селом. Впервые упоминается в источниках 1514 г. С 1569 г. город находится в составе Польского королев­ства. В 1692 г. Белостоку даровано магдебургское право и герб. В войне с Россией в 1655 и 1660 гг. город был разорен московскими войсками. После третьего раздела Речи По- сполитой в 1795 г. Белосток вошел в состав Пруссии [1, с. 68]. По Тильзитскому миру 1807 г. город передан Наполео­ном Российской империи, в составе которой был главным городом Белостокской области, а по ее упразднении в 1842 г. - уездным городом Гродненской губернии.

Рисунок 1. Чертежи деревянной церкви до перестройки 1838 г.

Расположенный в пограничных землях между восто­ком и западом, город по своей структуре являлся много­конфессиональным и строительство храмов, принадле­жащих различным ветвям христианства, синагог было распространенным явлением. В 1581- 1584 гг. П. Веселов­ский, роду которого принадлежал город, начиная с 1547 г., возводит костел Святой Троицы, а в 1617 г. начинает стро­ительство нового, который заканчивает его сын. С 1685 г. Белосток становится собственностью графов Браницких. Расцвет города связан именно с именем его нового вла­дельца. Видимо, при С. Браницком в 1697 г. здесь был по­строен дворец, а в 1745 - 1746 гг. - ратуша. Я.К. Браницкий в 1727 г. основывает в Белостоке православную церковь Св.


Николая, а в 1750 и 1758 гг. возводит униатские церкви свя­того Роха и святой Марии Магдалины [1, с. 68]. Каменный храм Марии Магдалины сохранился в настоящее время. В XVIII в. он находился за пределами города и возвышался на холме. На данный момент храм принадлежит православ­ному приходу Св. Николая. В 1966 г. храм внесен в реестр памятников архитектуры. По объемно-планировочному решению он представляет собой небольшую ротонду, но не центрического, а продольно-осевого построения: к кру­глому центральному объему с двух сторон которого при­мыкают прямоугольные приделы. Круглое пространство перекрыто куполообразной крышей с завершением в виде луковичной главки. Небольшие завершения в виде ку­полков расположены на коньках крыш над треугольными фронтонами приделов, образуя трехгавие. В 1864 г. храм Марии Магдалины становится православным, а в 1865 г. подвергается капитальному ремонту. Формой куполов, ар­хитектурными деталями, храм соответствует стилистике барокко, характерного для своего времени.

Архивные документы, хранящиеся в Санкт-Петербурге, передают объемно-планировочный облик деревянной церк­ви, которую по ветхости решением Совета путей сообще­ний и публичных зданий было решено перестроить. Из­вестно, что так она выглядела до 1838 г. и в дальнейшем должна была быть полностью перестроена вновь деревян­ной согласно рассмотренному проекту российских архитек­торов И. И. Шарлеманя и Д.И. Висконти [2]. Является ли деревянная церковь, изображенная на чертежах, грекоуни­атским храмом св. Роха, возведенным во второй половине XVIII в. в Белостоке, не известно. Не исключается и вариант существования еще одного деревянного храма.

Наиболее выразительными элементами в архитек­турно-пластической композиции деревянного храма в Белостоке являются его завершения. Своей необычной причудливой барочной формой они привлекают внима­ние, являясь законодателем стиля деревянного сакраль­ного зодчества, сложившегося в Подляшье и Польской Галиции в первой половине XVII - XVIII вв. Примерами таких решений могут служить сохранившиеся грекокато­лические деревянные церкви рассматриваемого региона. К ним относятся храм св. Михаила Архангела в Белич- нях (Bielicznej) и неоуниатская действующая церковь св. Никиты в Костомлотах (Kostomlotach) (1631 г.), церкви св. Яна Теолога в Новоберезове (Nowoberezowie) и св. Петра и Павла в Ханне (Hanna) (1739 г.). Причем донатором храма св. Яна Теолога в Новоберезове на Подляшье, построенной в 1771 г., является представитель рода Браницких, покро­вительствовавших строительству грекокатолических хра­мов в Белостоке, - Изабелла Браницкая.

Три завершения храма в Белостоке не являются с од­ной стороны стилизацией форм граненных луковичных главок на восьмериках. С другой - не имеют ничего обще­го с шатровыми завершениями, увенчанными маленькими луковичными главками. Они создают свою особую систе­му куполков на восьмериках всевозможного криволиней­ного очертания, заканчивающимися равноконечными латинскими крестами и вытянутыми шпилями причудли­вой формы. Нарастание масс завершений храма по высо­те, объему и сложности прорисовки формы происходит в сторону главного фасада, где над нартексом приобретает главный акцент в композиции. Каждое из завершений хра­ма индивидуально. И не повторяется больше в других со­оружениях. Сложное архитектурно-пластическое решение завершений, берущее за основу образы, как православных, так и католических храмов, является еще одним примером синтеза восточных и западных строительных традиций.

Точное время строительства деревянного храма в Бе­лостоке неизвестно, но сравнительный анализ грекокато­лических храмов Подляшья, выявил существование церк­ви с идентичным объемно-планировочным решением. Это храм св. Петра и Павла в Ханне, построенный в 1739 г., что позволяет датировать храм серединой XVIII в. Время возведения храма соответствует стилистике барокко, так ярко проявившегося в завершениях храма.

Рисунок 2. Проект арх И.И. Шарлеманя и Д.И. Висконти после перестройки 1838 г.

Плановая структура Белостокского храма, основанная на осевой композиции, включает в себя алтарную апсиду граненой формы, наос и нартекс с лестницей в углу справа от входа, ведущей в башню - колокольню. В объемно-пла­нировочном решении отсутствуют приделы и притворы. Благодаря сохранившимся архивным чертежам в планиро­вочной структуре храма прочитываются особенности ли­тургии, которая больше соответствует католическому об­ряду. Во-первых, в плане деревянного храма отсутствует иконостас с царскими вратами, а вместо него наличествует установленный в апсиде на возвышении алтарь открытого типа. Во - вторых, устройство у одной из стен основного объема церкви амвона для проповедей. В - третьих, орга­низация бокового алтаря, находящегося на возвышении напротив амвона [2]. Концептуальное развитие архитек­туры униатских храмов было основано на сохранении не­прикосновенности восточного обряда с одной стороны, и направленность на латинизацию с другой. Борьба за при­оритет между ними и определяла динамику развития ар­хитектуры униатских храмов. Во второй половине XVIII в.   происходит перевес в сторону латинизации униатских обрядов, которая отразилась и в объемно-планировочном, интерьерном решении, и в трактовке художественного об­лика храмов, которые стремительно приближались к тра­дициям католической архитектуры. И если в каменной ар­хитектуре на фоне окатоличивания литургии произошло полное слияние униатского храма с архитектурой костела, то в деревянной удалось пойти по пути синтеза, который был возможен при равновесии взаимодействий православ­ных и католических традиций.

Деревянная униатская приходская церковь в г. Бело­стоке на протяжении своего существования имела два различных объемно-планировочных и стилистических решения. Во времена Речи Посполитой это был один об­раз, во времена Российской империи - совсем другой, ни­чем не связанный с прошлым. По проекту архитекторов из Петербурга И. И. Шарлеманя и Д.И. Висконти 1838 г. древний униатский храм полностью утрачивает свой ин­дивидуальный облик, такой характерный для подляшско­го региона, и взамен приобретает типовое решение право­славной церкви классицистического периода. 1838 г. - это последний год существования униатской конфессии, лик­видированной Полоцким собором 1839 г. Накануне ликви­дации политика Российской империи уже несколько лет занималась ее реформой. Веротерпимость, провозглашен­ная императрицей Екатериной II в конце XVIII в., когда свобода униатского вероисповедания охранялась законом и принимались меры к устройству и поддержанию уни­атских церквей, сменилась в 30-е гг. XIX в. постепенным процессом ее ликвидации. Указ о запрещении смешения обрядов униатской церкви с католической привело к по­явлению нового образа униатского храма. Этот храм по своему объемно-планировочному и стилистическому ре­шению ни чем не отличался от православной церкви Российской империи первой полови­ны XIX в.

Создатели нового проекта периода клас­сицизма деревянной церкви в Белостоке принадлежали к известным архитекторам своего времени, работавших в структуре Строительного комитета МВД в Петербур­ге. Задача этого комитета заключалась в курировании всего православного храмо­строения Западного края совместно с цер­ковными синодальными и епархиальными властями [3, с. 53]. И.И. Шарлемань и Д.И. Висконти разрабатывали много совместных проектов, которые являлись однотипными и отличались от храма в Белостоке лишь не­значительными архитектурными деталями: формой и конструкцией куполов, башен-ко­локолен... Например, проекты Рождествен­ской церкви в Себеже (1833 г.),.соборы в та­ких уездных городах, как Режицы и Люцин (1836 г.) Витебской губернии, деревянного храма в Ошмянах Виленской губернии (1837 г.). В 1838 г. был утвержден проект собора для города Лепеля и даже для самого Белостока в 1824 г. появилось аналогичное ре­шение Николаевского собора. Все они представляли собой варианты центрических купольных в форме греческого креста церквей с пристроенной колокольней [3, с. 56].

Проект перестройки храма в Белостоке был типовым. Новая планировка сохраняла продольно-осевое построе­ние, при этом он расширялся в границах стен по длине. Самым кардинальным изменением являлось появление купола над основным помещением храма. Подкупольное пространство располагалось не в центре, а в предалтар­ной части, которая расширялась совсем незначительно, на толщину стен и поэтому храм не приобрел центрическую планировку. Размещение купола в столь узком простран­стве было продиктовано законодательно утвержденными проектами на строительство и перестройку церквей во вновь присоединенных Западных губерниях и стремле­нием к образованию центрического сооружения. Куполу при этом отводилась главная роль. Заданная при правле­нии Елизаветы I мода на крестово-купольные сооружения, образцом которых стал Исаакиевский собор в Петербурге (1818 - 1858 гг.), поддерживалась как общепринятая норма для всех храмов, независимо от их размещения - в городе, местечке или селе, и независимо от их материала строи­тельства - кирпича, камня или дерева [3, с. 60]. Здесь же, в Белостоке, по-видимому, создание греческого креста тре­бовала кардинальной перестройки и соответственно вло­жения непредусмотренных сметой материальных средств. В итоге получилась попытка повторить образцовый про­ект православной церкви классицистического периода. Но не крестово-купольного типа, а сильно вытянутого по оси сооружения с непропорциональным отношением дли­ны к ширине и с зажатым в так называемом средокрестии куполом. Существующую раньше башню расширили и включили в основной объем храма. При этом была при­строена новая более узкая колокольня с незначительным выступом за ширину стен, аналогичным предалтарной части. Лестница из-за ограниченного пространства стала многомаршевой. Вход в храм был организован как в го­родской собор: с огромной площадкой, на которую с трех сторон вели многочисленные ступени. Кроме того появил­ся отдельный вход для священнослужителей, ведущий в алтарную часть. По новому проекту церковь стала теплой: отопительные печи появились в алтарной части и в наосе. В интерьере грекокатолического храма появилось обору­дование, полностью соответствующее канонам православ­ной церкви. В первую очередь появление стандартного иконостаса в виде низкой двухъярусной алтарной прегра­ды, включающий местный и праздничный чин. Алтарная часть находилась на возвышении относительно молитвен­ной залы. К выступающей полукругом солее вели три сту­пени. С правой стороны предусматривалось пространство

для клироса [2]. Вместо четырех окон, освещающих храм, по проекту И. И. Шарлеманя и Д.И. Висконти, появилось восемь. К сожалению, при этом исчезает круглое витраж­ное окно, расположенное в башне. Перестройка униатско­го храма предполагала сохранить его деревянным, но при этом все его архитектурно-пластическое решение, детали обрамления арочных окон, портал дверного проема ими­тирует в дереве характерные для классицизма каменные элементы храма (рис. 2).

Заключение

Подводя итоги, на сегодняшний день существуют архивные документы утраченного облика деревянной униатской церкви в г. Белостоке, предположительно воз­веденной во второй половине XVIII в. и являющимся несохранившимся храмом св. Роха, построенным по до­тации Я.К. Браницкого. Храм представлял собой пример деревянного народного зодчества с ярко выраженными барочными чертами. В контексте синтеза восточных и за­падных христианских традиций церковь являлась наибо­лее сильным его проявлением. Во-первых, объемно-пла­нировочным решением, соединившим в себе структуру однонефного католического храма с башней-колокольней над главным фасадом, с трехглавием, символически свя­занным с православными обычаями в храмостроении. Во-вторых, созданием особой системы куполков на вось­мериках всевозможного криволинейного очертания, за­канчивающимися равноконечными латинскими крестами и вытянутыми шпилями причудливой формы, берущее за основу образы, как православных, так и католических храмов. Перестройка храма 1838 г. придворными архитек­торами Петербурга И. И. Шарлеманем и Д.И. Висконти придала деревянной церкви облик типовой православной церкви классицистического периода первой половины XIX в. Она стала представлять собой купольный объем, но не в форме традиционного равноконечного греческого креста, а включенный в продольно-осевое построение, со­хранившееся от более древней постройки. При этом цер­ковь св. Роха потеряла свою историческую ценность, не только как объект народного деревянного зодчества, но и как своеобразный пример поиска синтеза формы единой христианской церкви.

Литература:

  1. Города, местечки и замки Великого княжества Ли­товского. Энциклопедия / редкол.: В. Саламаха (гл.
  2. ред.) [и др.] - Минск : Беларуская Энцыклапедыя шя Петруся Броую, 2009. - 310 с.
  3. Российский государственный исторический архив Санкт-Петербурга (РГИА). Фонд 1488. - О.1. - Д. 993. План и фасад ветхой Греко-Унитской Приходской церкви в г. Белостоке. Фасад на построение вновь де­ревянной Греко-Унитской церкви в городе Белостоке. 1838 г. - 5 л.
  4. Слюнькова, И.Н. Храмы и монастыри Беларуси XIX века в составе Российской империи. Пересоздание на­следия. - М. : Прогресс - Традиция, 2010. - 616 с., ил.

THE STYLISTIC PECULIARITIES OF THE UNIATE CHURCH IN BIALOSTOK IN DIFFERENT HISTORICAL PERIODS

I .OZHESHKOVSKAYA

Archival documents brought us the lost image of wooden uniate church in Bialystok presumably erected in the second half of the XVIII century which is the church of st. Rokh, built on subsidies Y. K. Branitskiy . temple is a prime example of wooden folk architecture with distinct baroque features. In the context of the synthesis of eastern and western christian traditions church is the most striking expression of this. Firstly, it's a space­planning solution, combining the structure of the catholic church with a single nave bell tower above the main facade with triceps symbolically associated with the orthodox traditions in temple construction. Secondly, the creation of a special system of all kinds of domes on octagonal curved shape, ending with equal endings of latin crosses and spiers stretched in bizarre form taking as a basis the images both orthodox and catholic churches.

Rebuilding of the temple in 1838 by the court architect of st. Petersburg I. I. Sharleman and D.I. Visconti gave to a wooden church the appearance of a typical orthodox church of the classic period of the first half of XIX century. It began to represent the volume of the dome, but not in the traditional form of a greek equally ending cross but included in the longitudinal axial construction, having been preserved from older buildings. At the same time the church of st. Rokh has lost its historical value, not only as an object of national wooden architecture, but also as a kind of synthesis of an example of finding the form of the united christian church.

Поступила в редакцию 26.06.2014 г.


comments powered by HyperComments
Читайте также
23.07.2003 / просмотров: 20 742
Целевые ориентиры. Многие малые и средние городские поселения Беларуси имеют богатую историю и обладают ценным историко-культурным наследием,...
23.07.2003 / просмотров: 9 708
Гольшаны, пожалуй, единственное в Беларуси местечко, которое сохранило свое архитектурное лицо. Что ни дом — то бывшая мастерская, или лавка, или...
01.09.2003 / просмотров: 55 296
Архитектура и градостроительство не терпят суеты. Литературное произведение можно переписать, живописную картину вновь загрунтовать и написать заново...