Вы здесь

После съезда

Версия для печати

Геннадий Штейнман

XVIII съезд Белорусского союза архитекторов завершил свою работу. Еще долго мы будем обсуждать его решения, осмысляя свои и чужие позиции, анализируя ситуацию с развитием творческого союза, вспоминая пророческие или спорные утверждения в выступлениях коллег, и только время позволит выявить значение этого съезда для развития градостроительства и архитектуры, жизни архитекторов и их творческих достижений.

Сейчас же, как в калейдоскопе, сменяются картинки: красочная реклама съезда на центральной магистрали города, радио и телевидение, газеты и журналы, фойе Дворца культуры с масштабной архитектурной выставкой, музыка, атмосфера праздника и главное… Главное — это лица коллег и друзей, одухотворенные и ироничные, умные и интеллигентные, лица “трудяг” — творцов и интеллектуалов, создателей наших городов и сел, среды обитания нации.

Воодушевляющим стало выступление министра архитектуры и строительства Республики Беларусь, его оценка нашего труда и теплые слова в адрес архитекторов. Геннадию Филипповичу Курочкину, как мне кажется, удалось внушить надежду на возрождение великолепной традиции – постоянному диалогу руководителей республики с зодчими, снять горький осадок от невнимания первых лиц государства к съездам творческих союзов за последнее десятилетие.

Знаком уважения к Белорусскому союзу архитекторов стало необычайно высокое представительство именитых коллег, среди которых президент МАСА, президенты Союзов архитекторов России, Украины, Польши, Литвы, министры строительства и председатели Госстроев стран СНГ, знаменитые зодчие и авторы великолепных построек.

XVIII съезд – событие не только для архитекторов. Нашими гостями стали уважаемые известные в республике люди, возглавляющие Союзы строителей, инженеров, Конфедерацию творческих союзов Беларуси и многие другие.

Около 300 делегатов, представляющих более 1000 членов БСА, два дня напряженно работали и активно общались друг с другом. Посмотрели видеофильмы о лучших произведениях белорусской архитектуры, построенных за время между XVII—XVIII съездами. Коллеги увидели панораму объектов от Витебска до Полесья, от сел до Минска, от крупных общественных комплексов до парковых композиций, от современного жилья до небольших объектов реставрации. Представилась возможность поговорить с авторами перед выставленными в фойе проектами. Здесь же наши новые друзья — фирмы-спонсоры пропагандировали свою продукцию. Дом архитектора действовал почти в круглосуточном режиме, дискотека и работающие бары способствовали дружеским беседам, веселью, обсуждениям в неформальной обстановке.

Хорошее настроение делегатам придали международные награды и грамоты Союзов архитекторов СНГ и МАСА, врученные здесь же, в торжественной обстановке.

Высокая оценка творческого труда, ощущение причастности к международному движению архитекторов внушали оптимизм во взгляде на будущее БСА архитекторам Беларуси.

За два дня работы делегатам съезда удалось сделать немало: обсудить отчеты и.о. президента БСА и председателя ревизионной комиссии, прослушать содоклады по актуальным вопросам отношений архитектуры с градоуправлением и строителями, образованием, охраной наследия, рассмотреть очень широкий круг вопросов дальнейшего развития Белорусского союза архитекторов, утвердить изменения в Уставе ОО БСА, выбрать совет и президента БСА и Центральную ревизионную комиссию.

Итоговый документ XVIII съезда — выработанная на основе предложений делегатов Резолюция – является стратегической линией президента, совета и правления БСА на 2003—2007 годы. Мнения о прошедшем съезде разные. Был весьма самокритичный отчет президента, холодный и беспощадный анализ работы, проведенной Центральной ревизионной комиссией, была и стандартная для подобных форумов оценка “удовлетворительно”. Однако надо признать, что эта оценка никак не касается уровня организации самого съезда, где все было очень неплохо. Помогли спонсоры, активные проектные организации и творческие мастерские. Прекрасно издан каталог лучших произведений архитектуры Беларуси. Подарком к съезду стал журнал МАСА “Архитектура, строительство и дизайн”, почти полностью посвященный современной архитектуре Беларуси, и видеофильм, который хочется посмотреть еще раз. Без активной работы организаторов съезда, сотрудников нашего Дома архитектора, тех, кто готовил выставку, XVIII съезд БСА не стал бы праздником зодчих.

Оценка результатов съезда — дело времени, и все же осталось оптимистичное ощущение, что кризис преодолен и Белорусский союз архитекторов найдет дорогу к “лучшей доле”. Конечно, путь от “карманного инструмента” для идеологического управления интеллигенцией до партнера власти и защитника профессиональных и творческих интересов архитекторов долог и тернист, но дорогу осилит идущий.

Я предполагаю, что журнал «Архитектура и строительство» и ставшая родной для БСА газета “Инженер-консультант в строительстве”, в течение года опубликуют наиболее интересные доклады и выступления, Резолюцию XVIII съезда, так как их содержание может заинтересовать как архитекторов республики, так и всех, кто занимается проектированием и строительством. Теперь за работу! Будем заботиться о своем творчестве сами. Навстречу XIX съезду БСА!!!

Александр Соболевский

В отличие от предыдущего нынешний съезд был явно более многолюдным. Чувствовалась крепкая рука организаторов, обеспечивших присутствие более четверти всех членов БСА, регламент соблюдался, как во времена партийных собраний. Съезд проходил во Дворце железнодорожников. Как любое мероприятие подобного типа, имел две стороны: формальную и, соответственно, неформальную. Обширный буфет клуба позволял вести деловые беседы почти на официальном уровне. Приходилось разрываться между живым общением и выслушиванием речей, иногда чрезмерно затянутых. Откровенные, порой очень категоричные высказывания не менее актуальны, чем публичные выступления перед аудиторией с оглядкой на начальников, настороженно внимающих речам. В кулуарах мы все намного смелее.

Существует, правда, и другая более живая форма проведения подобных мероприятий, когда с «речами» можно ознакомится в печатном виде, а общение проводить в форме вопросов-ответов.

Фильм, показанный в начале съезда, дал возможность увидеть всю республику сразу. Пусть наши успехи не тянут на самый высокий уровень, но мы пытаемся. Сегодня мы можем позволить себе то, что было невозможным лет 20 назад.

Как определить свое «лицо», стать узнаваемым в море проектов и построек, где соседствуют беспомощный эклектизм, подражания и проступают черты уникального, индивидуального? Сможем ли мы без собственной теоретической базы, изолировав себя от критики, сделать качественной массовую архитектуру, стать заметными в мире? Возможно, назрело время создания собственного, независимого издания, не обязательно журнала, где можно было бы откровенно высказываться как о проблемах архитектуры, так и о системе взаимоотношений вокруг нее.

В изданиях, подготовленных к съезду, и выступлениях отмечалось, что 5(!) объектов, созданных в течение XX века в республике, вошли в число тысячи лучших, созданных в мире за прошлый век. Американцы с китайцами просто открыли нам глаза (энциклопедия издана в Пекине и Нью-Йорке). Удивительно, как им удалось разглядеть в далекой Беларуси наши шедевры, остается только догадываться, кто помог им в этом.

Конечно, мы верим, что проспект Скорины, созданный в эпоху коммунистического абсолютизма, по аналогии с Невским проспектом в С.-Петербурге, построенным в эпоху гужевого транспорта, — величайшее достижение. Но на градостроительных доктринах XVIII века создать архитектуру XX века вряд ли возможно.

А в общем, разговоры велись как о «высоких материях», так и о размере членских взносов. Кто еще, кроме архитекторов, способен на это?

В принципе наиболее злободневные вопросы были подняты. Один из них — унизительная процедура лицензирования, ставшая своеобразной дубинкой в руках чиновников. Действительно, почему лицензируют абстрактных юридических лиц, а не конкретных специалистов? Почему действие лицензии необходимо постоянно продлевать, если к ее владельцу не возникали претензии? Периодичность, с которой проводится эта процедура, не только поглощает массу времени, но и опустошает и без того не очень тугие кошельки проектировщиков. Есть ли у нас возможность продуктивно влиять на процесс и правила игры, еще далекие от правил цивилизованного мира?

Съезд как «забава» для тех, кому за сорок, состоялся; молодежь, хотя и в небольшом количестве, но все-таки радовала своим присутствием.

Приятно, что и большинство осознало: помочь сегодня себе мы можем только сами.

Ну, и главное: избрано новое правление, новый президент. За короткое время пребывания в должности и.о. президента А. Корбут продемонстрировал эффективность своего подхода, доказав, что в нынешних условиях здоровый прагматизм при наличии организаторских способностей — лучшая гарантия сохранения нашего ОО БСА. Это одна из причин, по которой круг соискателей данной должности сузился до двух персон. Заметного противостояния вроде и не было.

Хотелось бы, чтобы привлечение к мероприятиям в Союзе архитекторов было более широким, чтобы проведение столь редких для нас конкурсов было более открытым, а жюри были бы более авторитетными и представительными.

Завершился съезд обширным фуршетом. Атмосфера последнего аккорда была дружелюбно пафосной, что особенно приятно, поскольку мероприятие посетили представители всех возрастов.

Леонтий Зданевич

Атмосфера съезда не отличалась явной необычностью и во многом напоминала предыдущие форумы, что, на мой взгляд, не отражало объективно ситуацию и противоречило ожиданиям многих.

Я не стал бы характеризовать свои впечатления как «разочарование», потому что давно лишен иллюзий по поводу общественной активности любой прослойки белорусского общества, даже такой элитной, как наша «архибратия» …. Увы, путь к гражданскому обществу нам предстоит еще длинный.

Напрасно звучали обиды на мифических чиновников высокого ранга, не удостоивших вниманием наш съезд… Государство отвернулось от архитектурной общественности… и я знаю, почему. Потому, что архитектурная общественность давно отвернулась от государства, от проблем общества. Замкнулись на «выживании» в бизнесе, на борьбе за хоть какие-нибудь льготы. Сидели, как мышь под метлой, когда значительная часть страны бурлила, обсуждая ту или иную архитектурно-строительную глобальную затею власти (кольцевая-Куропаты, спортивно-показательные сооружения, библиотека, новый генплан Минска, шедевры культового зодчества и монументальные творения отдельных находчивых и входчивых людей и др.).

Архитектурная общественность не только не реагирует, но и не инициирует обсуждение наболевших и важных тем, с точки зрения профессиональной позиции. Общепринято думать, что потакание властным прожектам – есть вожделенная для многих демонстрация лояльности, а критический компетентный анализ – опасное противостояние. Очевидно, такой образ мышления у нас стал доминировать не случайно, хотя, по логике, наоборот, такую позицию можно понимать как ненамеренную подставку.

Редкие проявления активности и инициативы характеризовались (трудно избежать параллелей) проявлениями жуткого дефицита славы и отеческой ласки, вылившиеся в самоучреждение высокозвучных клубов и взаимонаграждения узкого круга лиц.

Да простят мне отдельные взносоплательщики, проведшие многие часы в жарких дискуссиях на кухнях с женами и в курилках с коллегами на эти животрепещущие темы...; речь не о вас! Речь – о нас, о нас всех…, иначе, извините, зачем нужна эта тусовка?

Рынок проектных услуг (кстати, один из первых реальных рынков), бурно развивающийся с начала 90-х , к концу 90-х – началу 2000-х жестко дифференцировался, и сегодня, как ни парадоксально, отношения субъектов проектной деятельности лишь отдаленно напоминают рыночные: ведомства, монстры строительного бизнеса и, главное, государственные службы при исполнительной власти, уже завершают передел сфер и зон влияния, иногда сопровождая баталии по переделу профессиональной риторикой. На этом фоне редкие удачи в конкурентной борьбе отдельных индивидуалистов, успешно выдержавших конкуренцию с домохозяйками (закончившими курсы дизайнеров), на поприще создания «малых архитектурных форм» скорее подтверждают, чем опровергают данные выводы.

Этот процесс, по своей природе закономерный, в своих проявлениях не всегда законный, убежден, в ближайшее время будет только усиливаться, и единственные серьезные эксцессы, которые могут возникнуть на горизонте, будут касаться конкуренции и переделов среди делящих и поделивших ранее. Перед главным законом человеческой природы – отсутствием чувства меры – оказались бессильны так же и управленцы нашей отрасли.

Конечно, не случайно из уст многих коллег на съезде звучала эта тема: обюрокрачивание и коррумпирование органов управления и контроля в проектно-строительном деле; обсуждалась проблема защиты авторского права архитекторов (законодательством, к сожалению почти не защищенного)… Звучала тщетно, ибо адресовалась не себе, а кому-то (очевидно, властям). Жаловаться бесполезно. Члены БСА сами элементарно могут решить половину проблемы реализации авторских прав потому, что никто так часто их (права) не нарушает, как наши же коллеги по отношению друг к другу. Вторую часть проблемы можно решить постепенно через законодательную инициативу; причем, важно в конкретных действиях настойчиво добиваться публичных обличений нарушителей еще до появления законов. А вот тут-то мы и споткнулись… Публичные действия – главная сила любой общественной организации – не могут быть реализованы без оперативных и профессиональных средств информации.

Собственно, по определению, общественная организация не может существовать реально, не будучи повседневно связанной с этим обществом. Конечно, эта проблема не нова и известно, что главный вопрос создания оперативного печатного органа – финансовый.

Но ничто так не вредит нашему цеховому авторитету, как низкий профессионализм. В конечном итоге все, о чем выше говорилось для того и необходимо, чтобы поднять мышление и создать условия для высокопрофессиональной деятельности. Несмотря на мажорную интонацию многих местных выступающих и гостей, я позволю себе не разделить их восхищение и удовлетворение. Новые технологии и строительные материалы обеспечивающие «априори» определенный эффект первого восприятия, породили несколько архитектурных штампов, так называемый попсовый стиль в архитектуре.

Критикуя тот либо иной объект, мы, как правило, адресуем критику заказчику, органам власти, ссылаясь на финансовые ограничения, но…, дорогие коллеги, только «с легкой руки» архитектора, любой объект воплощается в «документацию» а затем – в стройку! И кто, как не мы, знаем, что хорошая мысль, как правило, дешевле плохой. Архитектор легитимизирует волю заказчика и не может не брать на себя основную долю ответственности за результат.

Дефицит тонких, композиционно сложных, высокохудожественных, интеллигентных решений, отражающих и повышающих уровень национальной культуры, – очевиден. За эталон провозглашаются фальшивые приемы с огромными фонарями, расположенными рядом с огромными витражами…

То, что творится с культовым строительством (кстати, не последним фактором в градостроительстве), очень удивляет и огорчает. Игнорируются традиции национального зодчества, жестко закрепляются чужие символы, а в результате – полная дезориентация человека во времени и пространстве. Очевидно, что проблема вообще выпала из профессионального круга вопросов…

Социальная корректность в архитектуре, на мой взгляд – первый признак профессионализма и культуры, и кто, если не архитекторы, должны следовать этому принципу.

…Прочитав написанное, я ужаснулся, – очень пессимистично… Видно, на голодный желудок сочинял.

Попил чаю, перекусил и пишу вам, дорогие коллеги, главное:

Мы – обладатели чудесной профессии. Какое счастье быть востребованным в таком многогранном созидательном деле! И не важно, в каком масштабе мы работаем, главное, – в каком качестве! Творческих успехов Вам!

Пожелаем так же новому руководству БСА плодотворной, активной деятельности на благо нашего сообщества и всего общества.

Валерий Рондель

Постепенно уходят из жизни архитекторы, оставляя после себя идеи и постройки, мысли и учеников, весь свой творческий потенциал. Храм их души – все то, что окружает нас сегодня. Время – лучший учитель, но, к сожалению, оно убивает своих учеников (Г.Берлиоз). На смену пришли новые поколения, готовые пополнить отряды зодчих. С чем сталкивается молодой специалист, по счастливой случайности попавший в действующую проектную среду? С зависимостью от производственной дисциплины, с рутинной чертежной работой, с авторскими амбициями старших коллег, вечным отсутствием денег… Готов ли он, преисполненный амбиций, к таким превратностям судьбы?

Попытаемся создать собирательный образ молодого архитектора, год-другой ”отработавшегося” по специальности. Здесь нам поможет анкетный опрос среди молодежи ведущих проектных институтов и ряда творческих мастерских.

Несмотря на различие взглядов и суждений, молодежь настойчиво требует к себе всеобщего внимания. От государства – льгот не на словах, а на деле, от администрации и старших коллег – не только рабочей документации, от Союза архитекторов – конкурсов, т.е. возможности высказаться и показать себя. Ей свойственны широта мыслей и готовность бороться за собственные идеи, жажда быть увиденными и услышанными, и извечное желание перестроить мир. Конечно, ей нужна поддержка - словом, делом, буквой закона, но реальный результат может получиться, если взяться за дело вместе сообща, самим сделать чудо, а не ждать его всю жизнь. Многие надежды она связывает с Союзом архитекторов.

На вопрос «Мешают или помогают Вам в профессии архитекторы старшего поколения?» были даны такие ответы “А куда же нам без хранителей традиций и огромного опыта, эти люди – наши книги”. Вы заметили, какая тонкая ирония? А вот еще выдержки из ответов: “Низкий (!) профессиональный уровень старших коллег, неспособность и нежелание двигаться вперед вместе”, “...отсутствие новаторства...”, “как один архитектор со своим мнением мешает другому”. Правда, немало молодых отметили помощь и поддержку старших коллег. То, что СА РБ должен быть профессиональной организацией, пожелало большинство респондентов, но единодушного желания вступать в ряды союза в ответах не прозвучало. Возможно, потому что в областных организациях у молодежи зачастую нет информации о деятельности СА. В своем большинстве она хочет участвовать в номинации “Молодые архитекторы” на национальном архитектурном фестивале, не имея возможности выступать в иных творческих конкурсах ввиду их малочисленности, а, главное, закрытости.

На вопрос ”Что для Вас архитектура?” были следующие ответы: “Архитектура – это путь жизни, это сама жизнь”, “Архитектура – это жизнь и любовь”, “Архитектура – это пока что школа”, “Архитектура – круг общения... мое общество, моя литература, моя география, мое мировосприятие”.

100% одобрения набрал вопрос о расширении географии общения с молодыми архитекторами стран СНГ и дальнего зарубежья. Ответ на рейтинговый вопрос “Кто же Ваш Мэтр? вобрал не только мировых знаменитостей, но и немало соотечественников. Поэтому для профессионального роста молодых архитекторов было бы целесообразно проведение “ мастер-классов” в БСА. Они привлекли бы молодежь к деятельности Союза, приобщили к творческому опыту архитекторов.

Сколько же нужно лет трудов, борьбы, поиска, чтобы собрать по крупице собственные мысли и получить право быть композитором? А так хочется всего сразу! Что бы ни делал художник (он же архитектор, он же композитор), он делает это для того, чтобы коллеги и заказчики увидели, услышали, почувствовали, поняли и обрадовались, а эта энергия радости передалась автору. Своеобразный творческий вампиризм. Как многое в жизни зависит от внутреннего состояния человека, так и жизнь в обществе по силам только терпеливым, целеустремленным творческим людям и фанатикам. Им бы и помочь всем съездом, но…

На нем, и это прямо таки бросалось в глаза, было мало молодежи. Понятно, руководство союза отчитывается за прошлое, чтобы смотреть в будущее, которое, как бы это банально ни звучало, принадлежит молодым. Впрочем, и у молодежи есть свои причины игнорировать съезд. Среди них – тяжелые условия лицензирования для творческих предприятий и частных предпринимателей. Усложняя жизнь себе, мы теряем подготовленных специалистов и доверие молодежи к нам, толкая их к “продаже” на российский рынок. Еще не получив права на первую ошибку и первый успех, специалист теряет интерес к профессии. В нашей республике достаточно своих Церетели, у которых молодежь может научиться цинизму и неуважению к своей профессии, а следовательно, выработать такое же отношение и к чужому труду.

Экономические задачи сегодня, конечно же, на “переднем” месте, но творческая планка для архитектора всегда должна быть поднята выше собственного носа. Это задачи экологии, сохранения и аккумуляции энергии, это, в конце концов, Душа. Не поломать бы душевный трепет, не загасить искорки на лестнице-пути к зрелости молодых архитекторов. Что толку, если ты приобрел весь мир, а себя не нашел, не обрел “храм души”, олицетворение духовные и материальные достижения, посредник общения человека с высшим разумом, с бессмертием.

Люди умирают тогда, когда угнетен и нестерпимо страдает их дух. “...Человек умирает не тогда, когда должен, а тогда когда может” (Г.Маркес. ”Сто лет одиночества”). Дайте человеку смысл жизни, надежду на справедливость, перспективу творчества, и он выживет. Храм в душе расцветает только с храмом наяву. И тот, и другой живут только, когда они нужны людям, посещаются. Пусти туда всех желающих. Приоткрой свою тайну и освети внутренним светом дорогу тем, кто рядом.


P.S. Выражаю благодарность Людмиле Баглей, Татьяне Лепешкиной, Елене Глаголевой за проведение анкетирования.



comments powered by HyperComments
Читайте также
02.09.2003 / просмотров: 27 551
Для строительной индустрии и промышленности строительных материалов экспорт – практически единственный источник поступления валюты, необходимой...
02.09.2003 / просмотров: 14 933
Кажется, что синусоида развития архитектуры, пройдя свою нижнюю точку, медленно начала подниматься вверх. По крайней мере разговоры про кризис в...
28.12.2003 / просмотров: 7 607
В последнее время развитию городов и населенных пунктов в нашей стране уделяется много внимания. Заметно преобразились они за прошедший год, который...