Вы здесь

Заславль: знакомый и незнакомый

06.05.2006 10:01
Просмотров: 8 488
Версия для печати

Говоря: “Я хорошо знаю этот город”, мы прежде всего подразумеваем опыт личных с ним встреч: наши собственные эмоции и впечатления порой оказываются важнее десятков прочитанных книг. Статья о Заславле, которую мы предлагаем вашему вниманию, — не совсем обычная. Здесь нет привычных пересказов старых легенд и описаний памятников архитектуры. Она вся — отражение личного восприятия автора, история его знакомства и взаимоотношений с этим городом. Да и выбор автора не случаен: это почетный гражданин Заславля, человек, на протяжении многих лет в прямом смысле “копавший” историю города, для которого она стала во многом историей собственной жизни. Отличное знание автором фактической истории Заславля, помноженное на любовь и небезразличие к его судьбе, создают своеобразное видение города, которое, надеемся, будет интересно нашим читателям.

Среди малых городов Беларуси Заславль — если не самый древний, самый красивый и экономически развитый, то, пожалуй, самый известный. Любой школьник, изучающий историю родного края, найдет его название на страницах учебника, повествующих о событиях более чем тысячелетней давности.

Впервые в Заславль я приехал в 1977 г. До этого, неоднократно проезжая на молодечненской электричке через станцию Беларусь, и не подозревал, что за вагонным окном мелькают пейзажи Заславля. Между прочим, во времена Российской империи, когда здесь проложили Либаво-Роменскую железную дорогу, станцию назвали по имени летописного города – Изяславль. Но затем, после Рижского мира 1921 г., Заславль стал приграничным поселением, а станцию – первую станцию на территории БССР после пересечения польско-советской границы — переименовали. Так что теперешнее ее название также прочно связано с историей.

Я основательно подготовился к первой встрече с городом, перечитав все, что написано о нем российскими и польскими историками и летописцами, а также, по давней своей привычке, внимательно изучив карты (правда, в те годы помимо старой российской трехверстки доступны были лишь советские шестикиллометровки, весьма малоинформативные). Так или иначе, у меня имелось четкое представление, что “Заславль является поселком городского типа с населением более трех тысяч человек”, что в нем два старинных укрепления: замок и городище Замэчек, взаимосвязь между которыми учеными не выявлена, а легендами объяснена неубедительно, и что в городе есть два памятника монументальной средневековой архитектуры: бывшая Спасо-Преображенская церковь (ранее реформаторский, кальвинистский, храм) и частично разрушенный костел Рождества Девы Марии).

Надо сказать, что при первом посещении Заславль не произвел благоприятного впечатления: деревянные, барачного типа станционные постройки, газоны площади в исторической (старой) части поселка, обсаженные разросшимися, ни разу не подстригавшимися кустами живой ограды, скрывавшей не столько зелень газонов, сколько мусор и битую стеклотару; непрезентабельный маленький одноэтажный домик поселкового совета; преимущественно деревянная ветхая жилая застройка старой части города, где помимо храмов и двух школ — средней и интерната лишь несколько кирпичных жилых двухэтажек, пожарное депо да пара магазинов.

Между городской площадью и руинами костела размещался сквер, засаженный тополями. Летом дорожки под деревьями были покрыты тополиным пухом и пометом ворон и галок, облюбовавших тополя для своих гнездовий и ночлегов. Более современная застройка имелась на территории располагавшегося за железной дорогой и речкой Княгинькой микрорайона — местные жители называли его “Газопровод”. Это были обычные типовые пятиэтажки с магазинами на первых этажах. К железной дороге примыкала производственная зона с молочным заводом, картонажным цехом, а далее дымили трубы асфальтового завода. Странно было видеть, как по утрам заславчане штурмуют электрички, торопясь на работу на минские предприятия, а из электропоездов молодечненского направления на перрон высыпают минчане, приезжавшие на работу в Заславль.

Заславль не мог похвастаться ни обилием памятников архитектуры, ни оригинальной новой застройкой, ни благоустройством. Тем не менее с весны и до поздней осени город наводняли туристические автобусы: по дороге в Вязынку, на родину Я. Купалы, туристов завозили в Музей народных ремесел и промыслов Беларуси, размещавшийся в церковном здании, — музей интересный и оригинальный, который по числу посетителей (а летом к туристам присоединялись и подростки, отдыхавшие в многочисленных пионерских лагерях, располагавшихся в окрестностях Зеленого и Крыжовки) нередко обгонял Государственный музей БССР, филиалом которого являлся. Следует, однако, заметить, что, осмотрев музей и замок, туристы в Заславле не задерживались. Лишь немногие из них наведывались в книжный магазин либо спешили пополнить запасы “горючего” в гастрономе. Да оно и понятно: сам по себе город был неинтересен, а перепевы преданий про Рогнеду, речки Княгиньку и Черницу навязли в зубах экскурсоводов и натерли мозоли в ушах слушателей. Правда, летом поселок утопал в зелени садов, имевшихся в каждом дворе, весной деревья покрывались розовыми и белыми цветами, а осенью в палисадниках пламенели астры, георгины и золотые шары.

В планировке Заславля обращало на себя внимание то, что в ней отчетливо выделялись две зоны: старый город – административный и культурный центр (здесь помимо школы и здания исполкома, переведенного вскоре в учебный корпус бывшей школы-интерната, размещались музей и обветшавший Дом культуры) и промышленно-жилая зона — за железной дорогой, где усиленно развивался новый микрорайон, в котором начали возводить уже девятиэтажные дома. Для этого нового района не случайно была выбрана окраина: плоский, равнинный рельеф и отсутствие частной застройки давали полную свободу проектировщикам и строителям.

Многие годы планомерного археологического исследования раскрывали передо мной тайны средневекового города. Но за эти годы менялся и современный Заславль.

В 1985 г. в связи с тысячелетием основания ему был придан статус города област­ного подчинения. Город к юбилею приукрасился: на главной площади соорудили фонтан, который почти всегда бездействовал, а весной внутри него в талой воде плавали мусор и дохлая кошка. Появились новые школа, аптека, поликлиника, рынок, школа искусств, на месте станционных построек барачного типа — новый вокзал с башней, придающей ему сходство с крематорием (а хотелось бы в его архитектуре угадывать связь с историей если не города, то Либаво-Роменской железной дороги, одной из старейших в Беларуси, оживившей экономическую жизнь края, в том числе и Заславля). Вскоре был создан историко-культурный заповедник “Заславль”, объектами которого стали восстановленные кузница, мельница и заезжий дом при ней.

К празднованию 1000-летия Полоцкой епархии верующим вернули здание Спасо-Преображенской церкви, а под экспозиционный зал заповедника передали одну из двухэтажек на улице Комсомольской, предварительно сделав там ремонт и внутреннюю перепланировку. Интенсивное возведение жилья в Заславле все-таки не решало проблемы обеспечения квартирами всех нуждающихся, поэтому под строительство личного жилого фонда были отведены земли между восточной окраиной города и пустырь между улицей Луначарского и каналом Вилейско-Минской водной системы. Таким образом, под застройку отошли территории, которые могли стать зелеными зонами отдыха и развлечений: ведь до сих пор город не имеет приличного парка. Кроме того, коттеджная застройка между улицей Кирова и деревнями Гуры и Кладочки окружила и “поглотила” городище Замэчек – важнейший археологический и исторический памятник Заславля, с которого практически и берет начало история тысячелетнего города. В плохом соседстве оказалась и курганная группа I, в которой хоронили обитателей града-крепости, преимущественно воинов и членов их семей.

Впрочем, следует отметить, что бездумное отношение к древностям Заславля началось еще с прокладки канала Вилейско-Минской водной системы, когда Свислочь, некогда омывавшая бастионы и куртину Заславского замка, на которой стояли мельницы и бумажная фабрика, превратилась в постепенно зарастающую тиной старицу. А ведь при вдумчивом и бережном отношении к истории и экологии можно было часть вилейской воды пропустить по руслу Свислочи, сохранив и оживив его таким образом.

Кстати, и в современной планировке города почти не учитываются данные истории и археологии. Так, довольно беспорядочно и бессистемно застраиваются берега речки Княгиньки в районе улицы Советской, где в XVIII–XIX вв. располагались Верхний и Нижний парки с системой каналов и прудов. Остатки последних до сих пор еще прослеживаются в районе деревянной застройки между Княгинькой и железной дорогой. Близость к Минску и удобное транспортное сообщение способствовали росту численности населения Заславля: согласно последней переписи, в нем проживает 13,5 тыс. человек, а по неофициальным данным, теперь число жителей превышает 18 тыс. Соответственно интенсифицируется и городское строительство. Несмотря на некоторую сумбурность современной планировки (чему в немалой степени способствовало включение в черту города уже сложившихся населенных пунктов – деревень Дехновка, Гуры, Кладочки), старая часть города сохранила свойственную ей со времен средневековья планировку и трассировку улиц, которым в конце концов все же вернули исконные названия.

Историческим, как показали историко-археологические изыскания, является и свойственный городу разрыв между административной и промышленно-жилой частями Заславля (в X–XI вв. – это город-крепость (Замэчек) и посад на берегу Свислочи, позднее замок и место (город), в XVII–XIX вв. — загородная резиденция (усадьба) и город, позже – местечко), хотя в современном городе это, вероятно, не столько дань традициям, сколько, быть может, желание власти отделиться, обособиться от народа, обеспечив себе более спокойное существование.

В современной застройке города наряду с типовыми серыми домами появляются интересные объекты: Дом культуры, детская поликлиника, Музей леса и мифологии. Среди коттеджей, иногда вычурных или невыразительных, встречаются и такие, на которых приятно задержаться глазу.

Вместе с тем нельзя не отметить, что в городе, который благодаря своей истории и местоположению мог бы превратиться в один из туристических центров, не чувствуется заботы властей о памятниках истории и культуры. Так, в окружении частных домов затерялся усадебный флигель второй половины XVIII в., где прежде размещались Дом пионеров и городской центр детского творчества; непрофессионально и безграмотно была выполнена реставрация кирпичного костела Рождества Девы Марии (1774–1779), снабженного специалистами Белреставрации башенкой-звонницей, устремленной в небо, аки перст, что невольно наводит на мысль, откуда взялся подобный проект; по документам хорошо известно, что звонница, опиравшаяся на дубовые столбы, стояла рядом с костелом. Возникает вопрос: проходил ли проект подобной реставрации экспертизу в государственных органах охраны историко-культурного наследия, и если да, то чего стоит подобная экспертиза?

Сооружение нового Дома культуры сделало ненужным старый, деревянный, стоявший в западной части замка. Несмотря на разные “косметические ремонты”, здание ветшало и не имело “товарного” вида. По словам местных школьников, работавших на раскопках, бывали случаи, когда во время киносеансов с потолка сыпалась штукатурка, причем не всегда маленькими кусками. На ступени деревянной лестницы, ведущей на второй этаж, страшно было ступить. Но когда с фасадов убрали трухлявую шалевку, открылись хорошо сохранившиеся, аккуратно срубленные бревенчатые стены. Здание вполне соответствовало типовому проекту для домов красноармейцев и рабочих (крестьян), сооружавшихся в БССР в 1920-е годы. Вероятно, старый заславский ДК, построенный, как показали раскопки, в 20-е годы минувшего века, предназначался для бойцов погранзаставы, гарнизона и жителей местечка. Пожары и военное лихолетье почти не оставили в Беларуси построек такого типа, но старый заславский ДК не был взят под охрану государства и в начале XXI в. снесен, сохранившись только в кадрах фильма “Сын за отца”, в котором он “сыграл” роль провинциальной больницы. И снос ДК, и последовавшие за тем варварские нивелировочные работы на площадке замка и в районе костела были звеньями очередного приукрашивания города к очередному мероприятию – проведению в Заславле дня “Пісьменнасці і друку” в 2001 г.

Возможно, у кого-то из читателей возникнет чувство, что я излишне критичен к этому городу. Это не так. Просто я давно полюбил Заславль и заславчан, хорошо его знаю и с тяжелой болью воспринимаю все те безладицы и недостатки, которые с непонятным для меня постоянством становятся чуть ли не основной приметой современной жизни города. И когда я посещаю другие малые города Беларуси, может, и не такие старинные, как Заславль, и вижу любовное и бережное (на деле, а не на словах) отношение властей и жителей к объектам истории и культуры, стремление их сохранить и донести до потомков, а не только извлечь из них сиюминутную выгоду, мне становится обидно за “мой” город.

Очень хочется, чтобы здесь проявляли больше заботы о памятниках истории и культуры, экологии, людях, а новые районы строили так, чтобы одним из объектов посещения гостей, одним из туристических маршрутов был “Заславль современный”. Чтобы жители города гордились не только его славным прошлым, но и современностью, создаваемой их трудом, чтобы они с нескрываемой гордостью говорили: “Мы — заславчане!” И чтобы жители и городские власти всегда были убеждены, что Заславль — “малый город” только по размерам и численности населения, но никак не по своей истории и значимости. И чтобы город хорошел и благоустраивался не от случая к случаю (от мероприятия к мероприятию либо от праздника к празднику), а работа над улучшениями всех сторон городской жизни велась систематически и планомерно.


 

 

 

 

Читайте также
23.07.2003 / просмотров: 10 025
В ряде стран Западной и Центральной Европы формируются природные парки регионального и местного значения, аналогов которым в Беларуси пока нет. Так...
23.07.2003 / просмотров: 5 755
Экотуризм уже завоевал популярность во многих странах мира, хотя что понимать под этим противоречивым понятием, еще до конца не выяснено. Прежде...
23.07.2003 / просмотров: 5 704
Съезд — это всегда событие, определенный рубеж, когда подводятся итоги и намечаются планы. А еще съезд — это творческий праздник, это...